полная версия

Уронит ли ветер в ладони сережку ольховую,
начнёт ли кукушка сквозь крик поездов куковать,
задумаюсь вновь, и, как нанятый, жизнь истолковываю
и вновь прихожу к невозможности истолковать

Себя низвести до пылиночки в звёздной туманности,
конечно, старо, но поддельных величий умней
И нет униженья в осознанной собственной малости -
величие Жизни печально осознанно в ней

Сережка ольховая, лёгкая, будто пуховая,
но сдунешь её - всё окажется в мире не так
А, видимо, Жизнь - не такая уж вещь пустяковая,
когда в ней ничто не похоже на просто пустяк

Сережка ольховая выше любого пророчества
Тот станет другим, кто тихонько её разломил
Пусть нам не дано изменить всё немедля, как хочется,-
когда изменяемся мы, изменяется мир

И мы переходим в какое-то новое качество
и вдаль отплываем к неведомой новой земле,
и не замечаем, что начали странно покачиваться
на новой воде и совсем на другом корабле

Когда возникает беззвёздное чувство отчаленности
от тех берегов, где рассветы с надеждой встречал,
мой милый товарищ, ей-Богу, не надо отчаиваться -
поверь в неизвестный, пугающе чёрный причал

Не страшно вблизи то, что часто пугает нас издали
Там тоже глаза, голоса, огоньки сигарет
Немножко обвыкнешь, и скрип этой призрачной пристани
расскажет тебе, что единственной пристани нет

Яснеет душа, переменами неозлобимая
Друзей, не понявших и даже предавших,- прости
Прости и пойми, если даже разлюбит любимая,
серёжкой ольховой с ладони её отпусти

И пристани новой не верь, если станет прилипчивой
Призванье твоё - безпричальная дальняя даль
С шурупов сорвись, если станешь привычно привинченный,
и снова отчаль и плыви по другую печаль

Пускай говорят: «Ну когда он и впрямь образумится!»
А ты не волнуйся - всех сразу нельзя ублажить
Презренный резон: «Всё уляжется, всё образуется...»
Когда образуется всё - то и незачем жить

И необъяснимое - это совсем не безсмыслица
Все переоценки нимало смущать не должны,-
ведь Жизни цена не понизится и не повысится -
она неизменна тому, чему нету цены

С чего это я? Да с того, что одна безтолковая
кукушка-болтушка мне долгую жизнь ворожит
С чего это я? Да с того, что сережка ольховая
лежит на ладони и, словно живая, дрожит...

~ ~ . . ~ ~

©Евгений Евтушенко

1975 год

~ ~ . . ~ ~

Сокращённый вариант в песне из фильма "И это всё о нём" можно послушать здесь:

или здесь (видео с кадрами из фильма)