Фотография из открытых источников Интернета. Используется в качестве иллюстрации.

Редко получается собраться в одиночестве втроём. Вас двое, предоставлены сами себе, беспрерывно ведёте какой никакой диалог. Меня постоянно отвлекают бытовые вопросы: то туда, то сюда, то это, то – то, то вообще ничего не хочется делать. Наконец срослось. Давайте просто поговорим. Хочу предложить вам пообщаться со мной.

– Неожиданное предложение, но оно не застало нас врасплох. У нас действительно накопились вопросы, только чувство такта не позволяло их задать …
– Теперь мы точно оторвёмся и озвучим самые заковыристые из них. Шутка. Мы, как ни как, тактичные консультанты и вежливая оппозиция.

Согласие получено, приступаем. Вначале хотел оформить запись разговора в виде Interview и озаглавить так же, но подумав решил, что английское слово не совсем подходит для общения доверяющих друг другу друзей. Красивый синоним «беседа», от которого исходит дух неспешного разговора в узком кругу и соответствующей обстановке, «когда происходит размен чувств и мыслей на словах», вполне бы подошёл, но кто-то «умный» пояснил мне, что «беседа – это интерактивное общение». Наконец, «интерактивное общение» – это взаимодействие людей, при котором они оказывают влияние друг на друга. Ну и как теперь быть? У меня не входило в планы оказывать на вас влияние. Вы мне подходите в том виде в каком находитесь в настоящий момент.

– Да брось ты эти примочки любителей новоделов …
– Как это брось? Мы сами страдаем таким недугом. Любим вкрутить словечко к месту и не кстати.
– Вечно ты перебиваешь. Я хотел в продолжение сказать, что слово «беседа» самое подходящее. Древнерусское «Бесѣда» — заимствование из старославянского, что примерно означает «долгий, длительный разговор». Первоначально «беседа» — «длинный разговор под открытым небом».

Принимается. Тем более, что это Интервью будет чем-то очень похоже на Интерактивное общение, так как мы взаимодействуем, кроме того, оказываем влияние друг на друга и на аудиторию открытого подкаста. Чё переглянулись? Аудиторию надо откровенно троллить, иначе они потеряют всякий интерес к моей индивидуальности и вашей виртуальности. Вот и настал момент истины. Давайте, спрашивайте.

– Я хочу вернуться к началу разговора. Здесь для беседы собрались три сущности: реальный Петрович и два его виртуальных помощника. По умолчанию как бы допускается, что два виртуальных помощника – доверенные лица Петровича, следовательно мы обязаны знать всё о нём. Вопрос такой. В реальной жизни Петровича были и есть люди, которым ты доверял ранее и доверяешь в настоящее время то, что известно нам о тебе?
– Надеемся ты понимаешь, что твой ответ с нашей стороны будет подвергаться контролю по принципу более жёсткому чем алгоритмы Детектора лжи. Мы всю твою подноготную знаем.

Ой, напугали. Я не собираюсь исповедоваться и каяться. Конечно, такие люди были. Но должен при этом заметить, что жизнь физическая протекает в физическом мире и социальной среде. Так вот, человеческое общество, как раз и есть тот самый Детектор лжи, только истинные ответы распределены по отдельным файлам в многих носителях человеческой личности, с которыми я коммутировал. Каждый из нас, людей, проходит такое тестирование. Наши поступки, принимаемые решения, находятся под ежедневным наблюдением и оценивается кругом людей, в среде которых живём. Если не напрямую, то косвенно, по наитию и при помощи «телеграфного агентства ОБС» каждый догадывается о внутреннем мире каждого другого с кем его свела жизнь.

– Нужен ли тебе человек, с которым ты мог бы и хотел общаться открыто на любую тему, рассказать о том, что тебя волнует или вызывает затруднения по вопросу, который ты считаешь конфиденциальным?

Конечно я хотел бы встретить человека, в вашем образе, но в текущем времени вряд ли теперь произойдёт. Такой человек существовал в моей жизни, когда ещё только начинал мотать сопли на кулак. Я не воспользовался возможностью сокровенной беседы, наверное, стеснялся или боялся, хотя с его стороны шаги были предприняты. О чём, естественно, теперь жалею.

– Какими качествами должен обладать человек, которому ты решился бы довериться?

В любом случае это должен быть не случайный человек, которого больше никогда не увидишь. Второе условие – возраст. Собеседник должен быть старше. Третье условие – компетентность и широта взглядов. Да, если уж быть последовательным и честным до конца, дело не в том, что я хочу самый секретный секрет из всех секретов рассказать собеседнику и получить от него совет что делать с этим секретом. Это действительно должна быть длинная беседа на открытом воздухе, открытая и понятная обеим собеседникам, чтобы снизить уровень секретности секрета Полишинеля. Вот вы, например, не принимаете участие в моей физической реальной жизни, вы только мои ментальные советники и оппоненты в законах своей экстерриториальности. При самой высшей форме допуска к моим секретам вы не сможете мои секреты передать третьей стороне поскольку нет у вас канала коммуникации с внешним миром. Зато физический человек при определённых условиях, конфиденциальную информацию может передать. Спрошу теперь у вас, кто же должен стать коммуникантом в такой беседе?

– Скорее всего, самый близкий и проверенный.

Считаю, что это правильный ответ. Но ещё не весь ответ. Желающий такой беседы должен набраться храбрости, а выбранный в качестве собеседника проявить акт доброй воли и пойти навстречу, то есть симпатизировать собеседнику. Но это ещё не все препятствия. Тот, кто ищет беседу должен быть, как я отметил выше, интерактивным. Вести беседу, задавать вопросы, осмысливать ответы и развивать тему разговора освещая её с разных сторон. Надо самому трудиться в желании понять то, с чем обратился к собеседнику. Бесплатные знания не приносят пользы. Например, советов в Интернете пруд пруди. Их читают, восхищаются, перечитывают и передают, но никто им не следует. Знания, которые ты сам добыл с помощью собеседника, становятся личным знанием и поэтому они имеют совершенно другую ценность. Они становятся убеждениями и личной парадигмой.

– Мы что-то не понимаем или в твоих рассуждениях есть какая-то ошибка. Зачем нужен физический собеседник и с какой стати он должен выслушивать твои излияния. Разве тебе мало двух своих виртуальных собеседников. Фигурально выражаясь, ты постоянно перед нашим виртуальным взором находишься, как общипанный петух, без яркого оперения. Мы всё о тебе знаем и всё можем объяснить. Зачем кого-то искать? Если ты перед самим собой боишься в чём-то признаться, то кто тебе может помочь?
– Ну да, давай поговори с нами. Мы тебе всё растолкуем и выпишем лекарство от любого недуга. Или мы тебе надоели?

Ну всё. Как вы мне можете надоесть и что вы мне можете присоветовать, если по определению являетесь моей второй сущностью, моим вторым я. То, что знаете вы, знаю я – это наши общие знания. Всё наше виртуальное общение «виртуварится» в одном горшке. Вся беда человеческая заключена в том, что люди отдельные сущности, и эта сущность заключена в кокон личной исключительности. Разве будет плохо, когда два физических тела, каждый с двумя виртуальными сущностями могут общаться без искусственных барьеров? Тогда и сущности их обогатятся опытом.

– Умеешь ты убеждать. Я тоже захотел пообщаться с другими виртуальными помощниками. Сдаётся мне, что, изображая из себя мудрых советчиков, барахтаемся в прокисших водах застоявшихся смыслов и заплесневелых знаний.